пятница, 15 января 2016 г.

Диагноз как логическая конструкция



Глава 10 Опыт защиты научных основ психиатрии 

Диагноз как логическая конструкция             

Я перечислил далеко не все «национальные особенности» экспертизы и диагностические вольности экспертов в судопроизводстве. Большинство из оставшихся за пределами этого перечисления особенностей можно отнести к методологическим и логическим ошибкам. Совершенно очевидно, что психиатрический (патопсихологический, психопатологический) диагноз есть логическая конструкция, обобщение, следовательно, данная в категориях и специальных терминах.

«Видеть» диагноз, т. е. болезнь, нельзя, как нельзя видеть, например, понятие «мебель». Мы видим конкретные вещи – стул, стол, тумбу, шкаф. Данная совокупность обозначается термином «мебель». Среди указанных предметов «мебели» нет. Как нет и других предметов, находящихся в других местах, но также относящихся к «мебели». Мебель – это всё, что уже произведено когда-то, что есть во всём мире, и что ещё успеют произвести люди для оснащения своих домов. Вот это и есть «совокупность», обобщённая термином «мебель».

Суждение, в котором некоторые предметы причисляются к «мебели» есть логическая конструкция (силлогизм). Предметы, имеющие признаки мебели, объединяются в одну группу, а предметы, которые к мебели не относятся – от комнатных растений до домашних существ, включая сильно опьяневших родственников – исключаются. Вся процедура напоминает операцию классификации. Нужно найти класс явлений и правильно его обозначить, разобравшись, что в классе есть подклассы, и что «член подкласса не может быть членом класса» по правилу Б. Рассела.
            
Если психиатр-эксперт «темнит» и скрывает свой метод классификации и предварительной квалификации (определение свойств и атрибутов) изучаемых явлений, которые очень часто даны в форме текстов, то он ведёт себя так, словно он «ясновидящий» или «пророк», который видит невидимое и слышит неслышимое. Видеть можно только видимое – явление. Сущность постигается умом с помощью операций мышления (в одиночку) либо с помощью дискуссии, свободного обмена мнениями с обязательным испытанием этих мнений на предмет логической зрелости. Во времена Сократа такие умные беседы и назывались диалектикой.
            
Итак, первая антиномия, т. е. несводимые противоположности, есть «явление и сущность». Болезненные признаки, явления, знаки, как-то являются, проявляются. Если никак не проявляются, то и говорить не о чем. Если они замечены в своем проявлении, если они «дают себя опознать», то тогда есть о чём говорить – о сущности этих знаков, т. е. о том, на что они могут указывать. То, на что они указывают, никогда не является само по себе, «прямо перед глазами». До этого надо доходить умом!
            
В прежние времена учили марксистско-ленинской диалектике, которая «гнездилась» во всех советских учебниках психиатрии. Часто цитировался «отрывок» из Гегеля: «Сущность является, явление существенно». Без соответствующего контекста «Феноменологии духа» и «Логики» эту фразу правильно понять нельзя. Ведь сущность «явиться» не может, она только постигается умом, в процессе мышления, в процессе познания. Если понимать эту фразу буквально, как это делают олигофрены, когда их просят объяснить поговорки и пословицы, то «сущность» болезни является перед очами «провидца». На самом деле явление всегда является явлением и ничем иным.

Вот русская поговорка: «Не плюй в колодец – пригодится воды напиться». В чём сущность этой мудрости? Конечно, речь идёт об источнике, который не следует загрязнять. Этот «источник», как сущность, никак не является нам перед очами. Но есть масса явлений, которые указывают нам и на источник и на его чистоту, и на его возможное загрязнение.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ ...