пятница, 4 декабря 2015 г.

Символология


Глава 5. Дианализ как теория помощи

Символология

Второй постулат дианализа также очевиден: мыслить означает общаться. Как писали многие советские психологи в старые времена, обобщение тесно связано с общением. Обобщение – важнейшая операция мышления по нахождению общих признаков для разных вещей.

Общаться можно только с помощью слова, а слово есть символ. Речь идёт именно об общении, а не об «обмене сообщениями» или «обмене информацией». Само слово «информация» не подходит для характеристики и описания именно человеческого общения, когда общаются личности.

Термин «информация» больше подходит к описанию взаимодействия безличностных аппаратов, например, компьютеров. Причём, это имеет смысл только в присутствии человека. Если аппараты взаимодействуют между собой, а человека нет (ни в заданиях, ни в целях, ни в результатах), то это взаимодействие тоже нельзя назвать «информацией».
          
В дианализе слово «информация» для осмысления межличностного общения не используется. Вполне достаточно таких слов, как «общение», «понимание», «познание». В акте познания человек не собирает информацию, а именно общается. Как говорил Л. Фейербарх, чтобы узнать, надо полюбить!

Познавать что-либо – общаться-в-разуме. Здесь очень подходит одно из определений слова как символа, данное А. Ф. Лосевым в «Философии имени»: «Слово есть арена встречи познающего с познаваемым». Лучше не скажешь! Это и есть формулировка второго постулата.
            
Если мы так будем понимать сущность познания (гносеологию), то мы неизбежно придём к весьма нестандартным выводам: знание не передаётся, а выводится и каждый раз воссоздаётся в голове познающего. Передаётся знак, передаётся сообщение и информация, но не знания.

Если «принимающий» знания не готов или не в состоянии точно воссоздать некое знание, то любая передача знаковой информации ему будет бесполезна. И, наоборот, при «жажде знания» оно будет воссоздано по намёкам, при жесточайшем дефиците информации, почти «из ничего». Это также настолько очевидный факт жизни, что и доказывать его нет необходимости. Это – аксиома. Мыслить – это общаться. Мыслящие люди, чтобы мыслить, общаются. Бессмысленное существование – изоляция и отсутствие общения с себе подобными, дикость, рычание и мычание.
            
Итак, познавать предмет – общаться с его сущностью (вернее – общаться с этим предметом по существу, по сути, истинно). Но, оперируем ли мы в Разуме сущностью? Нет. Мы оперируем символами. Человек наделён символическими функциями. Он оперирует объектами мира чаще всего опосредовано, через их имена, а не ими непосредственно; только малая часть объектов мира попадает человеку в руки прямо.

Символ в дианализе понимается гораздо шире, чем это обычно принято, т. е. не как «условное обозначение» какой-либо вещи, а как «инобытие смысла» (А. Ф. Лосев). Что означает «инобытие смысла»? Это значит, что смысл в чистом виде, «сам собою», не является человеку, его всегда надо постигать в ином.

Смысл всегда «переносный», если так можно выразиться, как в пословицах и поговорках. Кто понимает переносный смысл метафоры, образа, знака, «иного», тот имеет дело с символом, тот выводит необходимые ему знания из символа. Более подробно о символе сказано в учебнике дианализа (В. Ю. Завьялов, 2004, [4]).
          
Сейчас важно указать на важнейшие правила оказания помощи другому человеку, исходя из второго постулата. Общаясь с живой, конкретной личностью, мы имеем дело с символами, а не знаками. Всё в человеке есть символ. Всё, что можно видеть, слышать, осязать, ощущать, обонять, есть «инобытие смысла жизни личности».

Например, взгляд человека бывает настолько красноречив, что «говорит» о данной личности больше, чем написанная убористым почерком биография на 20 листах. Почему? Что такого в глазах его? Что, информация исходит из глаз? Лучится энергия, в которой зашифрованы сообщения? Или глазные яблоки производят саккадические движения, и, как азбука Морзе, передают нашему подсознанию «шифровки»? Нет, и ещё раз нет.

Все эти пошлости, разбросанные в макулатурных книгах, облепивших прилавки книжных магазинов, есть результат недомыслия либо мышления незрелого, олигофренического, когда «мыслитель» не понимает переносного смысла пословиц, поговорок и метафор. Взгляд, как и любое другое выразительное движение, указывает нам на нечто иное взгляду. Это – символ, из которого мы выводим, т. е. воссоздаем, необходимое знание о жизни интересующего нас человека.

Что есть «иное» взгляду? Это, возможно, какое-либо значимое событие в жизни и того, кто так проникновенно всматривается, и того, кто так выразительно смотрит. Но событие, о котором идёт речь, скажем, объяснение в любви, есть «иное взгляду». Таким образом, выразительный взгляд указывает на это событие из прошлого тому, кто понимает, о чём сейчас идёт речь.

Следовательно, смыслом взгляда является содержание данного события, а не поволока из слезинки, которая может восприниматься в другое время совершенно правильно как любовное томление. Данный взгляд есть «инобытие» смысла отодвинутой некими обстоятельствами взаимной любви. Для распознания этого символа не нужны познания в философии, психологии и психофизиологии. Это – очевидность.

Институт Дианализа